Алла Тарасова : Неугасимая Звезда

< Алла Тарасова: из книги>

Напишите мне


Залесский В. А.К. Тарасова. Из серии "Мастера советского театра". - М.: ВТО, 1949. - 131 с.

Режиссер Владимир Петров

Значительно позже А. К. Тарасова сыграла Кручинину в фильме «Без вины виноватые» (постановка В. Петрова).

Тарасова взялась за роль с глубоким убеждением в необыкновенной чистоте, благородстве, в душевной красоте Кручининой. Такие женщины бывают одержимы одной какой-либо идеей, ради которой они способны на любые жертвы. Ни жалоб, ни сожалений, ни стенаний мы не услышим из их уст. По жизненному пути они идут гордо и красиво. В образе Кручининой Островский не только провозглашал естественность и святость родительских чувств, но и настойчиво напоминал о нравственно-общественной ответственности родителей. Кручинина твердо помнит о своем долге матери, ее преследует сознание своей моральной вины, и чувство это подымает ее над окружающим обществом. Но Кручинина еще и актриса большой эмоциональной силы и страсти. Искусству она служит самозабвенно, видит в нем свое призвание и свой долг. Именно такой благородный, волнующий образ Кручининой создает А. К. Тарасова: в ее игре трагически звучит тема матери, тема морального долга, и одновременно в ней сильна вера в правду искусства, в его благородную роль в общественной жизни.

Алла Константиновна Тарасова

Здесь еще раз следует остановиться на характере созданных Тарасовой женских образов. Они, как видели мы, были весьма разнообразны. Были среди них страстные, гордые женские натуры; были нежные, лиричные девушки; были строгие, высоконравственные характеры, беззаветно любящие и страдающие; были и такие, которые хотели жить по законам своей совести, и такие, которые не умели бороться и шли, увлекаемые общим жизненным потоком. Но все это, за немногим исключением, были натуры богато одаренные, совестливые и нравственно чистые, типично русские женщины с глубокой, здоровой психикой, земные и в то же время поэтичные. И среди этих женщин—героинь Тарасовой одной из самых прекрасных является Кручинина. Холодный эгоизм Мурова не остудил ее сердца. Как ни страшна была для нее потеря сына, она устояла перед этим ударом судьбы. Силу она нашла в своем таланте, в строгом следовании нравственному закону своей жизни.

В первых кадрах фильма на фоне пыльных кулис провинциального театра прошлого века, в кругу несносных Коринкиных, глупых Миловзоровых мы встречаем красивую женщину с умными, печальными глазами. Она сразу выделяется своей внутренней артистичностью, неуловимой грацией своих плавных, законченных движений и сдержанных жестов. Глаза ее смотрят как бы в глубь души. Они приковывают внимание. Нет в ее взоре беспокойства, суетности, мелкого любопытства. Это — Тарасова в роли Кручининой.

Вот она идет по коридорам театра, и в каждом ее движении чувствуется что-то мягкое, доброе, ласковое, мудрое. И прежде всего — сдержанность, сосредоточенность. Она не сразу раскрывает себя, что-то незримое защищает ее от пыли и пошлости потертых полотнищ, от плоских каламбуров губернских и уездных меценатов, О ней не скажешь словами Геннадия Несчастливцева: «Ты войдешь на сцену королевой, ты и уйдешь королевой». Нет, она совсем не королева. Нет в ней ничего надменного, высокомерного. Но как она благородна, человечна и добра! Кручинина спокойна, сосредоточенна, иногда она кажется усталой, Но вот у нее появляются далекие вое поминания, и речь ее становится взволнованной, движения порывистыми, Во время разговора с Дудукиным перед нами возникает уже не Кручинина, а Любовь Ивановна Отрадина,,. Она сжимает в руках белое платье. Чуть выбивающиеся завитки волос придают выражению ее лица смятенность, Взор затуманен, в глазах слезы. Эти глаза такие строгие и страдающие. Нет; это даже не страдание, а удивление, протест оскорбленного сердца. Плечи опущены, руки бессильно повисли. И вдруг все ее чувства прорываются наружу. Из уст вырывается крик возмущения, — всеми своими помыслами она теперь там, где гибнет ее ребенок.

По воле постановщика, встреча Кручининой с Галчихой перенесена на кладбище, где Кручинина разыскивает могилу Гриши. Кругом тлен и прах. В черном платье, в полном отрешении от всего суетного, под властью воспоминаний, с широко раскрытыми глазами, перед которыми стоит образ милого сына, бродит среди могил Кручинина—Тарасова. Она встречается с полоумной старухой Галчихой.

— Где похоронила моего Гришу? — впиваясь руками в плечи Галчихи, спрашивает несчастная мать..

Старуха путает и врет, Кручинина чувствует всю безнадежность своих расспросов. Но она уже не в силах остановиться. Есть что-то более сильное, чем рассудок, что заставляет ее жить, звать, ждать, — это горе. Оно охватывает Кручинину—Тарасову властно и неумолимо.

При первой и последующей встречах с Незнамовым Тарасова инстинктивно устремляется к нему. Она не знает еще, кто он, но мы уже ощущаем эту незримую связь с Незнамовым. К нему ее влечет стремление придти на помощь тем, которые нуждаются в теплоте, ласке, понимании и сочувствии.

И когда в последней сцене Кручинина узнает в Незнамове сына, мы уже подготовлены к этому радостному событию. Для нас естественна и понятна эта сцена, режиссерски поставленная с расчетом на мелодраматический эффект, но реально и правдиво проведенная Тарасовой, Тема женщины-матери, тема материнской совести исчерпана в игре Тарасовой до конца.

Так образ Кручининой полностью входит в галерею художественных созданий А. К. Тарасовой.

*****************************

Энрико Тозелли "Серенада"


Copyright © 2007-2012 Алла Тарасова. All rights reserved